Страна Саакашвилия

Разное

Украина идет четко по пути «позднего Саакашвили», когда уже закончилось все хорошее – деньги, инфраструктурные проекты, реформа полиции и началось тотальное мракобесие: война с советской символикой, борьба с политическими врагами, попытка установления «диктаторской демократии» через изменение Конституции. В конце концов это закончилось тем, чем закончилось: Михо - в Киеве, его противники - при власти в Грузии. Страна, которая так гордилась своими достижениями, живет воспоминаниями о коротком периоде уже минувшего благополучия…


«Революция роз» и «оранжевая революция» произошли с разницей в один год и при восторженной поддержке США. Но это единственное, что их объединяло. Кроме, конечно, стратегии достижения цели.

Украина переживала экономический подъем и приватизационный бум. Металлургия стала локомотивом так называемого украинского экономического чуда. По итогам 2003 года в стране был зафиксирован сенсационный рост ВВП в 9,3% при оптимистическом прогнозе 4,8%. И рост объемов промышленного производства почти на 16%. В следующем 2004 году рост ВВП опять продемонстрировал рекорд – 12%, что является наивысшим результатом с момента обретения Украиной независимости.

Грузия в это время находилась в состоянии, отдаленно напоминающем Украину сегодня. Только еще хуже. Страна, пережившая три войны. Без промышленности и нормальной системы власти. Со столицей без отопления (в Тбилиси до сих пор на балконах можно увидеть буржуйки), с электричеством по графику и часто без воды в домах. Нищая и опасная.

В ней была абсолютно разрушена инфраструктура. Люди боялись выходить на улицу в хорошей одежде (про украшения речь не шла вовсе). Разномастные добровольческие батальоны занимались рэкетом и ходили по улицам с оружием. Батальонные главари скандалили в ресторанах и насиловали женщин. Налоговой системы как таковой не существовало: все платили за «крышу» или за разрешения от чиновников черным налом. Престарелый Эдуард Шеварднадзе не справлялся.

И когда в ноябре 2003 года после многодневных протестов на улицах столицы Тбилиси Михаил Саакашвили вместе с группой протестующих ворвался в здание парламента, он даже не стал сопротивляться, а тихо уполз с парламентской трибуны, где выступал с речью. А Саакашвили взобрался на трибуну и жадно выпил стакан чая, оставленный его предшественником. Именно этот чай считался неким символом передачи победы, а не розы, которые распиарили американцы.

Ну, а дальше в Грузию просто пришли деньги. По разным подсчетам около 5 миллиардов долларов. Причем 3 миллиарда почти сразу. Для такой маленькой и нищей страны, какой была гордая Сакартвело в те годы, это были колоссальные инвестиции. Примерно, как если бы в Украину одномоментно влили бы 50 миллиардов.

Эти деньги вызвали строительный бум. Строили мосты и дороги, горнолыжные курорты и пляжные отели в Батуми. Грузины смотрели на весь этот евроремонт страны и балдели от гордости. После того как туркам дали в управление аэропорт и они за фантастически короткое время построили новое современное здание «воздушный ворот», в страну повалили туристы.

К этому времени тут провели американскую реформу милиции, «пиратскую копию» которой можно сейчас увидеть на Украине, если внимательно наблюдать за действиями замминистра МВД Эки Згуладзе.

И в Грузии она получилась. Стеклянное здание Министерства внутренних дел стало символом новой, прозрачной для общества системы. Население, привыкшее получать от людей в форме только неприятности и насилие, рассказывало восторженные легенды о своей вежливой полиции, о том, как она подвозит на машинах уставших бабушек и заблудившихся девушек. При этом те и другие выходят в том же состоянии, что и сели: бабушки – бабушками, а девушки – девушками! И за это чудо Саакашвили прощали все: и любовь к экстравагантным дорогим и странным проектам (типа стеклянного моста в Тбилиси), и бесчисленных подружек, и даже уколы ботокса за госсчет.

Но так продолжалось недолго. В 2008 году у американцев закончились деньги, а у других инвесторов – терпение. Стало ясно, что никакой яркой перспективы у отремонтированной по евростандартам грузинской экономики нет. И масштабные капиталовложения в такие чудесные проекты, как кукольно красивый «город любви Сигнаги», не сделают Грузию мировой туристической Меккой.

А удачно проведенные административные реформы (в рамках дерегуляции в Грузии сократили количество инспекций с 40 до 20, лицензий и разрешений с 909 до 145, а налогов с 21 до 7) не приводят к полной перезагрузке экономики.

Да, процент налогов в структуре ВВП страны увеличился с 10% в 2003 году до 25% в 2014 году. Но... На этом фантастика преобразований и закончилась. В конце 2008 года лопнул «пузырь» на рынке строительства. Резко стартовавшие туризм, торговля и сельское хозяйство законсервировались на том уровне, на котором были в разгар реформ.

Бизнес свелся к реэкспорту автомобилей в Азербайджан. Сельхозиндустрии как таковой не создали (а раньше ее и не было). Пристроить вино на европейский рынок не получилось.

Даже после проигранной войны с Россией рейтинг Саакашвили серьезно не пострадал. Скептицизм вырос на почве ожиданий, не оправданных реформами. Конечно, хорошо, что не коррупции. Но хотелось бы и деньги зарабатывать. А бизнес не растет. Очень приятно, что полиция вежливая и бабушек подвозит. Но ходят слухи, что к политическим оппонентам действующей власти по ночам приходят представили спецслужб и забирают на допросы.

Надо сказать, что режим так называемой «нулевой толерантности» к криминалу Саакашвили ввел по совету американцев одновременно с правилом не перекрывать дорогу для своих кортежей. И народ это поначалу горячо приветствовал. Воров в законе сажали только за то, что они воры. Президентскому эскорту радостно махали руками вслед. Однако и этот кредит доверия постепенно исчерпался. А с этим наступили конфликты и репрессии.

Первым бросил перчатку Михаилу Саакашвили его близкий политический партнер – бывший министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили. Вечером 27 сентября 2007 года в эфире телеканала «Имеди» он обвинил президента Михаила Саакашвили в организации убийств политических оппонентов.

В частности, Окруашвили заявил, что в 2005 году президент Саакашвили велел ему убить влиятельного грузинского бизнесмена Бадри Патаркацишвили, связанного с Борисом Березовским.

Бывший глава военного ведомства Грузии также отметил, что гибель еще одного бывшего соратника Саакашвили, экс-премьера Зураба Жвании, «отравившегося газом из иранского обогревателя», также «не была случайной». На самом деле его скорее всего убили, а тело привезли на место «отравления» позднее. Вдова премьера вскоре подтвердила его слова.

Следом за министром ушел от Саакашвили и премьер Зураб Ногаидели. Он отказался выполнить президентский приказ – публично обвинить лидеров оппозиции (того же Ираклия Окруашвили) в «агентурных связях с российскими спецслужбами». Ничего не напоминает, нет?

Затем последовал арест по обвинению в коррупции пресс-секретаря президента Грузии Дмитрия Китошвили. Началась лихорадочная «посадка» своих по обвинениям, которые раньше предъявлялись чужим. Годом позже перешла в оппозицию и другая соратница Михо – спикер парламента Нино Бурджанадзе. На выборах 2013 года она боролась за президентское кресло. И проиграла.

Последней каплей в море антипатии народа к бывшему любимцу стал скандал с истязанием заключенных в Грузии, выведший на улицы Тбилиси и других городов тысячи людей. Фактически это была видимая часть айсберга уже давно накапливаемого недовольства.

И дело не столько в издевательствах над уголовниками, а в том, что пытки распространили и на политических и идеологических врагов главы государства. Занимался ими целый отдел палачей, созданный министром внутренних дел Бачо Ахалая по приказу Саакашвили и его советников. Часть из которых мы сейчас наблюдаем на ответственных постах на Украине.

За пределами Грузии мало известен слух, что одной из жертв стал полковник грузинской разведки Серго Тетрадзе. Обвиненный в измене Родине, он скончался в результате зверского сексуального насилия, но не признал инкриминируемых ему деяний. Опять же по слухам, кое-кто из тех, кто вертит на Украине колесо реформ, лично присутствовал при нечеловеческом истязании и унижении настоящего полковника.

Верховная рада Украины на минувшей неделе приняла пакет законов, предусматривающий запрет на использование советской и нацистской символики. В Грузии борьба с советской и фашисткой символикой началась еще четыре года назад, но и сегодня серп и молот, а также лозунги советской эпохи встречаются как в столице, так и в регионах Грузии.

Неудачи в политической борьбе и резкий спад экономики нужно было чем-то «перекрыть» и отвлечь народ от нарастающих тревог. И парламент Грузии делает то, что недавно с той же целью сделала Верховная рада: в 2011 году он принимает инициированный тогдашним депутатом парламентского меньшинства Гией Тортладзе закон о борьбе с советской и фашистской символикой. А также вводит целый ряд должностных ограничений бывшим высшим чинам Коммунистической партии и Комсомола и тем, кто тайно сотрудничал с советскими спецслужбами. Люстрация-кастрация, антикоммунистический закон и все такое прочее.

В итоге с люстрацией не сложилось. Серпы и молоты на центральных зданиях завесили, но сбивать не хватило денег. Пробитая с огромным трудом новая Конституция, содержавшая расширение президентских полномочий, вызвала недовольство Запада.

В Европе заговорили, что «режим Саакашвили превратился в тоталитарную демократию, в которой под личиной народовластия скрывалось полицейское государство». В Америке просто разочаровались в своем ставленнике, поскольку он не выполнил поставленную задачу по войне с Россией и тупо все проиграл.

Символом несбывшихся надежд стало здание парламента в Кутаиси. Именно в этом городе Михо Саакашвили решил построить совершенно новое, инновационное здание парламента и провести в нем заседание в день независимости Грузии 26 мая 2012 года. Здание так и осталось недостроенным. Хотя заседание провели. Как вспоминают его участники, депутатам и журналистам приходилось пробираться в зал заседаний под строгим присмотром представителей застройщика. Прикасаться нельзя было ни к чему — все держалось «на соплях». Сам президент до своей отставки успел сказать, что новое здание парламента — это символ его Грузии.

Оригинал публикации: Версии

blog comments powered by Disqus