ФЕДЕРАТИВНА ЛИ РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ?

Россия

Москва не готова предоставить регионам свободу, аналогичную той, что она требует для Донбасса

Между обсуждаемой темой многоженства в Чечне и политикой России в отношении Украины, казалось бы, нет ничего общего. Тем не менее единая плоскость, в которой возможно рассмотрение этих двух проблем, существует.

Москва добивается от Киева федерализации. Под федерализацией понимается значительная самостоятельность регионов. Понятно, что Москва имеет в виду преимущественно интересы территорий, большая часть населения которых говорит по-русски. Предполагается широкая самостоятельность – от налогов, экономики, местных выборов и даже отношений с другими странами до выбора языка, почитаемых символов и концепции истории. В Москве не часто говорят о том, что последовательная федерализация наделила бы обширными правами и западные регионы Украины, а их историко-символический выбор едва ли понравился бы России. Но это детали.

Киевские власти заявляют, что никакой федерализации не будет. Для них принципиально, что Украина является унитарным государством, они согласны лишь на децентрализацию, то есть делегирование части полномочий из Центра в регионы. В Москве такой подход считают недостаточным, неконструктивным, тупиковым, ведущим к эскалации конфликта между Киевом и Донбассом.

Россия в отличие от Украины является федерацией. Более того, Россия – куда более многослойная страна, чем Украина. Это касается в том числе многообразия этносов, языков, культур, традиций, исторического опыта (чего стоит депортация народов в СССР).

При этом довольно трудно представить себе, какой из регионов РФ федеральный Центр готов на законодательном уровне наделить самостоятельностью в тех объемах, которых он добивается от Киева применительно к Донбассу. Невозможно вообразить, например, чтобы какой-либо из регионов России выстраивал собственные, независимые от государственной линии отношения с Турцией, Саудовской Аравией или той же Украиной. Законодательно запрещено создание политических партий на этнической или национальной основе, тогда как в рамках последовательной федерализации это было бы совершенно нормально.

Общественность возмущается многоженством или высылкой родственников террористов в Чечне и в качестве одного из основных аргументов приводит несоответствие этих практик федеральному законодательству. Соответствия действительно нет. И возмущение абсолютно логично, точнее, оно полностью определено логикой государственного строительства в современной России. Однако это не федеративная логика, а унитарная. Это попытка привести разнообразие к общему знаменателю.

Речь не идет о том, что признак федерализма – сохранение многоженства в исламском регионе. И во многих мусульманских странах, и в американском мормонском штате Юта вполне обходятся без полигамии. Дело в том, что в условиях фактического унитаризма регион заявляет о своих правах и свободе посредством наиболее вызывающих жестов, демонстрирующих радикальное различие, фактический разрыв с унифицирующим центром.

Чечня Кадырова де-факто декларирует, что завоевала свое право на особенность, хотя по форме она вписана в унитарную модель – с единым языком, флагом, ЕГЭ, отделениями «Единой России» и проспектом Путина. В центре же считают, что Чечня ничего не завоевывала, напротив, ее стремление к радикальной особенности было побеждено.

Аргумент в пользу фактического унитаризма – дотационность большинства российских регионов. В случае с Чечней этот вопрос мог быть решен еще в начале 90-х. Чеченская элита тогда хотела разделения нефтяных доходов по татарстанской схеме. Запрос в духе бюджетного федерализма удовлетворен не был. Тогда обрели силу дискурс независимости и дискурс исламизма. Федеративность можно было обеспечить меньшей ценой, избежав в том числе сегодняшних полигамных эксцессов

 

http://www.ng.ru/editorial/2015-05-22/2_red.html

 

 

blog comments powered by Disqus